Стоит ли трогать то, что работает. Экономический обзор

Пенсионная реформа Ави Симхона выглядит как спор о дополнительных 500 шекелях в месяц, но на самом деле затрагивает устройство всей системы долгосрочных сбережений Израиля. Почти незаметное решение суда по делу о рэкете может оказаться не менее важным: прокуратура впервые получила возможность конфисковывать связанные с преступностью деньги через гражданский процесс, даже без предъявления уголовного обвинения.

Публикацию подготовил экономический обозреватель Newsru.co.il Михаил Шафранов.

Проект пенсионной реформы

На прошлой неделе председатель национального совета по экономике профессор Ави Симхон спровоцировал переполох, опубликовав проект пенсионной реформы, предлагающий освободить работников моложе сорока лет от обязательных пенсионных отчислений – тех самых шести процентов зарплаты, которые сегодня автоматически уходят в пенсионный фонд.

Отчисления работодателя (еще 12,5% – пенсионная часть плюс "компенсационная", она же будущие выходные), по идее Симхона, останутся нетронутыми, а обязательные отчисления от зарплаты будут начинаться с сорока лет.

По расчетам Симхона, такой шаг увеличит текущий свободный доход получателей низких зарплат приблизительно на 500 шекелей нетто в месяц в период, когда деньги нужны больше всего – начало карьеры, съемная квартира, маленькие дети.

Для начала, стоит напомнить, что именно предлагается реформировать. Израильская пенсионная система считается в мире образцовой. В рейтингах Mercer CFA Institute Global Pension Index, оценивающих 52 страны по адекватности выплат, устойчивости и надежности регулирования, высшую оценку "A" получили всего пять систем – Нидерланды, Исландия, Дания, Сингапур и Израиль.

Все эти страны отличают обязательные пенсионные отчисления и невозможность получить основную сумму накоплений одним платежом. Иными словами, систему хвалят не за щедрость, а именно за принудительность и максимальную определенность.

Я не буду здесь подробно разбирать аргументы противников этого предложения, которое следует рассматривать как популистское просто по выбору времени публикации (как еще можно назвать обещание денег за месяц до выборов?). Отмечу лишь, что Симхон, мягко говоря, лукавит, заявляя о "свободной воле" работников, которые "по своему желанию смогут продолжать делать отчисления без принуждения со стороны государства". Поведенческая экономика давно доказала, что рациональность в долгосрочных решениях в ущерб сиюминутным – это не то, чем род homo sapiens когда-либо отличался, и израильтяне в данном случае не исключение.

Тем, кто готов поддержать отказ от принудительных пенсионных отчислений ради сиюминутной выгоды, рассчитывая на старости на пособие по старости или социальную надбавку, могу только сказать, что я бы не стал делать ставку только на государство. Одному из ближайших двух-трех правительств не повезет, и придется так или иначе повышать социальные отчисления для работающих, уменьшать размер пособий и ужесточать критерии их получения. Щедрость правительств последних 10-15 лет привела к тому, что Ведомство национального страхования уже выплачивает больше, чем получает, а накопленный резервный фонд быстро сокращается. И как уже сейчас министерству транспорта приходится закручивать гайки с инвалидными парковочными талонами, а минпросу – с правом на систему специального образования, так и "Битуах Леуми" будет вынужден искать, как исправить последствия популизма прошлых лет.

Вместе с тем, есть несколько точек, которые не звучали в дискурсе, и которые я хотел бы отметить.

Во-первых, Симхон не единственный, кто хочет реформировать существующую систему. Министерство финансов предлагает зайти с другой стороны и уменьшить потолок отчислений, освобождаемых от налогообложения. Его логика проста – израильтяне с высоким доходом в любом случае будут делать отчисления и вовсе необязательно давать им дополнительную налоговую льготу

Во-вторых, противники инициативы Симхона вообще игнорируют тот факт, что, пенсионный возраст с немалой долей вероятности будет повышен как минимум до 70 лет вслед за повышением продолжительности жизни. В Минфине уже обсуждают механизм, который после уравнивания женского возраста с мужским привяжет оба к двум третям роста продолжительности жизни.

В-третьих, обеспечения определенного уровня жизни на пенсии можно достичь не только путем организации принудительных накоплений, но и путем снижения расходов на жилье, например. Так что возможно стоит изучить возможность разрешить одну точку вывода накопленных средств в возрасте около 35 лет на покупку единственного жилья.

Ну и наконец, нынешняя система, созданная реформой 2008 года, превратила Израиль в одного из мировых лидеров по объему долгосрочных сбережений. Объем средств в пенсионных фондах вырос с дореформенных 224 млрд шекелей (33% ВВП на тот момент) до 1,2 триллиона шекелей (57% ВВП), а в целом в системе долгосрочного накопления – с приблизительно 700 миллиардов шекелей (100% ВВП) до 3,5 триллионов шекелей (167% ВВП).

Реформа, направленная на обеспечение достойной старости для израильтян, привела к формированию гигантского капитала, значительно превышающего прогнозируемый капитал фонда национального благосостояния, в котором аккумулируются налоги от добычи газа. И этот капитал уже оказывает существенное влияние на макроэкономическом уровне (укрепление курса шекеля), уже провоцирует политиков на использование в качестве инструмента для решения сиюминутных проблем (таких как идея принудить пенсионные фонды инвестировать в израильские стартапы в рамках политики поддержки хайтека), и уже создал нескольких финансовых "монстров", способных, в свою очередь, начать влиять на политику государства.

В общем, прежде чем реформировать систему, стоит понимать, что на самом деле речь идет не о 500 шекелях.

Обходной маневр прокуратуры

В отличие от пенсионной инициативы Ави Симхона, эта новость осталась незамеченной, хотя потенциал ее влияния на жизни израильтян может быть не меньшим.

Государственная прокуратура впервые добилась передачи в госказну средств, арестованных в рамках дела о рэкете, не через уголовный процесс, а в рамках гражданского судопроизводства.

Речь о решении окружного суда Беэр-Шевы, утвердившего конфискацию 165 тысяч шекелей из средств, изъятых в ходе полицейского расследования по подозрению в сборе денег за "крышевание" у охранной компании "А.Г. Галим" и у некоего Макрама Абу-Зкейка. Государство изначально требовало конфисковать 330 тысяч, но по мировому соглашению стороны признали наличие достаточной фактической и правовой базы для частичной конфискации – и суд разделил сумму пополам, вернув вторую половину ответчикам.

Сама по себе сумма для рэкета скорее мелочь. Куда важнее механизм. Прокуратура впервые использовала поправку 146 к Закону об уголовном наказании, позволяющую окружному прокурору обращаться в суд за гражданской конфискацией имущества, связанного с рэкетом, даже в тех случаях, когда правоохранительным органам не удалось довести расследование не то что до обвинительного приговора, а даже до предъявления уголовного обвинения.

Для обращения в гражданский суд с делом о конфискации денег, связанных с рэкетом, достаточно, чтобы прокурор счел материалы следствия достаточными для гражданского стандарта доказывания – "перевес вероятностей" вместо требующихся для уголовного процесса доказательств "вне всякого разумного сомнения".

Тема рэкета – больная точка израильской экономики. В последние два года законодатели и правоохранительные органы продолжают расширять арсенал инструментов для борьбы с этим явлением. Вслед за объединением усилий полиции с налоговым управлением и управлением по борьбе с финансированием террора, ужесточением приговоров со стороны судебной системы, отлучением подозреваемых в связях с ОПГ подрядчиков от государственных тендеров и государственным страхованием предпринимателей, пострадавших от рэкетиров, госпрокуратура получила новый инструмент, ослабляющий ее зависимость от наличия свидетелей – самой уязвимой точки в делах о рэкете. Чтобы выиграть гражданский процесс, прокуратуре достаточно доказать происхождение денег от рэкета с вероятностью 51%, а не "вне разумных сомнений".