Раввинатский суд отменил развод, признав его фиктивным
Региональный раввинатский суд в Реховоте большинством голосов отменил соглашение о разводе, утвержденное в 2016 году и получившее силу судебного решения. Развод был отменен по иску мужа, утверждавшего, что он был фиктивным.
Как сообщает портал Ynet, супруги поженились в 2001 году. Затем суд трижды, в 2005, 2008 и 2016 годах, утверждал их развод. Однако после каждого утверждения они не являлись за гетом и продолжали жить в одном доме, вести совместное хозяйство и супружескую жизнь. За эти годы у них родились еще дети, они вместе ездили за границу и дважды ремонтировали квартиру. Гет был выдан лишь в декабре 2023 года, через несколько месяцев после того, как жена подала иск о разводе.
Муж утверждал, что соглашения подписывались, когда супруги жили в любви, и их единственной целью было не допустить взыскания совместного имущества по долгам, оставшимся у него от неудачного бизнеса еще до свадьбы. Жена настаивала, что соглашение действительно: муж трижды подписал его перед судом, а доверять человеку, признающему, что ранее ввел судей в заблуждение, нельзя. По ее словам, долги были только его, а выплачивала их она. Кроме того, она указала, что муж подал иск лишь через семь лет после соглашения.
Председатель суда раввин Элиягу Амар, к которому присоединился раввин Цви Бирнбаум, нашел подтверждение версии мужа и в словах самой жены. Она рассказала, что кредиторы стучали в дверь по ночам, и сказала, что теперь, когда у них есть деньги, можно жить раздельно. Судьи также указали, что вскоре после подписания соглашения в 2016 году жена сняла средства со своего учебного фонда, чтобы покрыть долги мужа, хотя по соглашению ответственность за добрачные долги лежала на нем.
Согласно заключению актуария, жена несла около 60% расходов на хозяйство, муж – около 40%, и супруги не вели между собой расчетов. Судьи сочли это ведением общего хозяйства и сослались на позицию Большого раввинатского суда, согласно которой возвращение к "шалом байт" аннулирует соглашение о разводе. Довод о затягивании подачи иска был отклонен: по версии мужа, ожидание как раз и было нужно, чтобы имущество оставалось недоступным для кредиторов.