// Досуг // Среда, 13 марта 2019 г.

Вахтанг Кикабидзе и программа "Мои евреи, живите вечно"

время публикаци:
последнее обновление:

Публикуется на правах рекламы. Текст предоставлен рекламодателем

В его имени – целая эпоха, на его творчестве выросло и, пожалуй, еще вырастет не одно поколение, а возраст поклонников разнится между умудренными жизнью стариками и вдумчивыми выпускниками школ. Искренность его песен, честное исполнение ролей в фильмах – покоряют своей теплотой. А удивительное чувство юмора и жизнерадостность вместе с открытой улыбкой просто влюбляют в душевность этого советского артиста грузинского происхождения.

- Приобрести билеты на концерт Вахтанга Кикабидзе

Песни "Мои года – мое богатство", "Проводы любви", "Чито гврито" любимы до сих пор, а фильмы "Мимино", "Не горюй!", "ТАСС уполномочен заявить…" входят в золотой фонд советского кино.

В июле 2018-го Вахтанг Кикабидзе отметил 80-летие и в рамках юбилейного тура даст четыре концерта в Израиле – с 22 по 26 марта. Представляем вниманию читателей трогательное и искреннее интервью с Вахтангом Кикабидзе, насквозь пропитанное глубиной мысли и мудростью жизни этого достойного человека.

Вопросы подготовила Мария Прейгер, беседовала Гюна Смыкалова

Сегодня я выручаю свою коллегу, которая составила вопросы, то есть Вашим интервьюером буду я. И первый вопрос – вам приходилось выручать друзей?

Конечно, приходилось, всегда друг друга выручаем: то они меня, то я их. Вечная взаимовыручка. Это закон жизни для нормальных людей.

"Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей", - написал еще достаточно молодой Пушкин. Вы прошли большой творческий путь, наполненный разными событиями и встречами, и при этом все ваши выступления, книги, интервью пронизаны огромной любовью к людям. Как сохранить такое отношение к жизни? Что помогает не ожесточиться в нашем очень непростом мире?

У меня дома говорят: "Вахтанг, все у тебя наоборот – на первом месте работа, на втором – друзья, на третьем – семья". Но так уж меня воспитали, понимаете? И так же, как у меня - у моих детей и у моих внуков происходит. Конечно, нужно быть оптимистом, интернационалистом и отцом семейства, это очень важно, и гражданином – хотя бы своей Родины.

Зритель часто отождествляет героя и актера. Ваши герои - это большая Ваша часть или персонажи – сами по себе?

Данелия говорит, что мои герои – это часть меня. Когда я с ним познакомился, он начал писать роли специально для меня. Из всех своих героев больше всего, наверное, я похож на Мимино. В Советском Союзе такое редко бывало, чтоб под актера писали роль.

Вы помогали режиссеру создавать тот образ?

Это надо у Данелии спросить, насколько я помогал или мешал (смеется), но что-то мое там точно есть.

Ваши песни знакомы всем, на них выросло не одно поколение. Есть какая-то песня, на которой выросли Вы, и вспоминая которую, вы обретаете силы двигаться вперед.

У меня много таких песен… Много дома лежит, многие я давно не пел, душу, видимо, не трогает. Для меня пишут много песен, но я не все беру. Если песня сама по себе не интересна, то это получается обман слушателя. Дело в том, что, когда люди выходят после концерта из зала, они должны помнить, что ты пел, о чем говорил. Раньше хорошие поэты писали стихи для песен. Сейчас с ними проблема - многих нет в живых, а молодые зачастую пишут сами для себя и порой такие идиотские песни, что можно рехнуться. Одна очень популярная песня в России была – я точно слова не помню, там парень девушке говорит по телефону что-то вроде "я ждал твоего звонка, потом магнитофон сгорел, а я уснул" – вот это песня!.. Я не могу такое слушать, к сожалению.

Неужели совсем нет молодых авторов, которые могут писать действительно хорошие стихи?

Есть, но их мало. Вот, например, попросил я одного поэта – он москвич, наполовину грузин, – держи шпаргалку и напиши мне песню, а он отвечает, что никогда такого плана песен не писал. Тогда я говорю: "Ты когда-нибудь во сне летал?" – "Да!", – отвечает. – "Ну вот об этом и напиши". И он написал замечательный текст – теперь, когда я эту песню пою, вижу как в зале у людей слезы катятся, понимаете?! Это баллада о войне, я всегда хотел петь песню против войны, но мне не хотелось все эти слова: партия, танки, бомбардировка… В итоге получилась песня "Где-то там далеко". Если кто-то еще не слышал – она есть в интернете.

Вы исполните ее на концертах в Израиле?

Обязательно – у меня в программе будет целый блок – против войны. Моя концертная программа для Израиля интересно составлена: там есть "грузинский блок", "российский блок", "еврейский блок", "антивоенный блок"… И, конечно, старые популярные песни, которые всегда просят.

А какую песню чаще всего просят? "Мои года, мое богатство"?

Всегда кричат из зала (смеется), ее в программе обычно нет, но всегда просят, приходится петь – никуда не деться. Эта песня была написана для меня, когда мне было всего 40 лет: мне было даже смешно ее петь – какие “Мои года - мое богатство”? Но дело в том, что слушатель, вникая в текст, себя представляет на месте исполнителя. И это интересно, что за последние 10 лет на моих концертах появляется все больше молодежи. Ведь сейчас такие концерты, как мои, почти не даются: другая манера пения в чести, другая манера спектакля, дымовые машины, серьги в ушах и равные джинсы – у меня всего этого нету, я уже из этого возраста вышел. Я вспоминаю слова гениального исполнителя Шарля Азнавура – зритель стареет вместе с тобой и если нашел свою дорогу, не стоит ее искусственно менять. Я тоже думаю – если артист хороший, стоящий, то люди приходят его слушать. Если нет – значит, надо уходить со сцены.

Но раз Ваш зритель молодеет, то путь – верный выбран?

Конечно. Вообще нельзя поддаваться возрасту. У меня сейчас юбилейный год – впереди гастрольный тур в честь моего 80-летия, поэтому если будешь поддаваться возрасту и ляжешь, то потом уже не встанешь. Движение – жизнь.

А если бы Вы были молоды, выступали бы в современном модном стиле - с серьгами и в рваных джинсах?

Зная свою психологию и характер – наверное, нет… Хотя… Трудно сказать. Вот сейчас в моду вошли узкие брюки, мне не нравятся, но я вынужден их носить, продюсеры заставляют - все так ходят. Мне не нравятся, но что делать. Я предпочитаю классические костюмы.

Вы особенно ждете встречи с израильским зрителем, или, в принципе, зрители всех стран и городов одинаково благодарны?

Да-да, жду. Я иногда дурака валяю на сцене, анекдоты рассказываю, но почему-то слушают (улыбается). Моя мама никогда не понимала, почему на меня берут билеты. Она была очень хорошая певица, с прекрасным голосом – меццо-сопрано. Она все спрашивала – как тебе не стыдно с таким хриплым голосом выходить на сцену?! Но как-то, уже будучи в возрасте, она сказала мне – наверное, я чего-то не понимаю, но давай запишем с тобой дуэт. Человек думает, что мама его всегда будет жива, и я так же думал – вот завтра-послезавтра запишем… Так я и не выполнил ее просьбы, и до сих пор меня это мучает, до сих пор. Не думал я, что не успею…

А если бы записали, то исполняли бы эту песню сейчас на концертах?

Думаю, что исполнял бы, и дома бы все время слушал. Скучаю я, да…

У Вас же есть своя песня про маму…

И про маму, и про отца… Мой отец ушел на войну, когда мне было четыре года, и погиб под Керчью. У меня есть песня "Сон" - петербургские авторы написали, в ней речь о том, что мне каждую ночь снится война. В этом сне я вижу, как отец мой заходит в комнату, в кирзовых сапогах, в грязно-коричневом камуфляже, подходит к кроватке моего сына, и я спрашиваю себя, почему мне все это снится?

Мы учились в школе, тогда они еще были раздельные для девочек и мальчиков, и нас было 35 мальчиков. И только у одного из нас – у Иосифа, он был самый сильный в нашем классе – отец был жив, он был военный врач, красавец, в форме приходил на побывку. И когда он уходил, то мы всем классом избивали этого Иосифа только за то, что его отец жив. От зависти. Это я только потом понял, когда немного подрос… Наше поколение – оно все видело, и песни другие были… Бернеса крутили по телевидению, "Журавлей" – у меня всегда на глазах стояли слезы. И тогда я решил, что запишу сборник военных песен, потому что наше поколение выросло в этом…

Вашему поколению это все действительно близко и Вы песни про войну иначе чувствуете…

Да, наше поколение выросло в тяжелые времена: мы знаем, что такое голод, мы знаем, кто такие евреи – я с ними вырос здесь, у меня мой близкий друг здесь жил, и когда он уезжал в Израиль, я не понимал, куда он едет… И об этом у меня тоже есть песня – "Мои евреи, живите вечно".

В одном из интервью вы сказали: "Человек должен любить место, где он живет, и жить он должен на своем месте. Если бы я был евреем, непременно переехал бы в Израиль"... В каком городе бы стали жить?

Конечно, да, уехал бы… С тех пор как отношения между Грузией и Россией изменились, меня друзья из разных стран зовут переехать к ним, но я считаю, что человек должен жить там, где его Родина. А в Израиле есть два города, которые мне очень нравятся – это Иерусалим, само собой, и Тель-Авив.

Вы же много раз бывали в Израиле, самый первый приезд помните?

Первый раз я приехал в Израиль в 1985 году, с официальными концертами. И помню, что летели через Лондон, а кроме нас из сидящих в самолете по-грузински или по-русски почти никто не говорил. И когда мы приземлились, увидели, что перед самолетом постелили красную дорожку – мы начали между собой переговариваться, решили, что, наверное, какой-то важный политический гость с нами в самолете летит. И стоит толпа человек 500, у всех в руках рулоны бумаги свернутые. И мы ждем, что сейчас кто-то важный выйдет, а он все не выходит и не выходит, и вот нам уже пора спускаться с трапа… И тут вся эта толпа закричала приветствия на грузинском: оказалось, это наши ребята – выходцы из Грузии нас встречали – со старыми афишами концертов в руках! Как они смогли такое устроить, как их пропустили – до сих пор не знаю! А когда мы улетали из Израиля, и самолет уже набрал высоту, вышла стюардесса и спросила по-английски – кто тут Кикабидзе? У меня ноги похолодели от страха, подумал, что сейчас с рейса снимут. А они внесли огромный красивый торт, на котором было написано – "Нашим грузинам от израильских грузин". И все пассажиры этот торт ели. Здорово было!

Вот это первая встреча! С тех пор Вам же нравится приезжать в Израиль?

Мне очень нравится приезжать к вам. Я не знаю, как для других, а для меня это особенная страна. Когда я впервые попал в Иерусалим, то чуть не заболел от напряжения – впечатлился очень сильно! Однажды своего 16-летнего сына взял с собой в Израиль - показал Иерусалим и повел к Стене Плача. Я там много раз был, поэтому к Стене он пошел один: я видел, что он написал записку и положил между камнями, как все делают. И я согрешил – мне стало интересно, что может попросить у Бога мальчишка? – и тихонько я достал эту бумажку, а там было написано: "Господи, помоги Грузии!".

Вы подумали тогда, что хорошего сына воспитали?

Да, я растрогался, вот сейчас даже говорю – и ком в горле… Вообще команда у меня хорошая – дети, внуки, уже правнучка подрастает, ей шесть лет, и она уже – как они, красивая до невозможности. Очень талантливая - музыкальная, танцует, рисует. Посмотрим, что из нее выйдет - Бог наверху все знает - куда надо, туда и пошлет, никуда не денешься.

В своих интервью вы как то отмечали, что евреи, подобно грузинам, многострадальная нация. А в чем ещe есть сходство?

Наоборот, грузины многострадальные, подобно евреям… То, что евреям довелось в жизни испытать – это не укладывается ни в какие рамки. Нас же все время хотели завоевать – маленькая нация, как ваша страна. Это человеческая натура – ревнует к успеху умного, ревнует к богатству… А евреи – нация очень работоспособная, и ум как-то особенно у них работает, я очень евреев уважаю, вне политики. В политике – не знаешь, в какую сторону идти. Считайте, что я – ваш человек!

В Израиле - большая грузинская диаспора. Поддерживаете ли связь с ней, приглашают ли Вас в гости?

Вы знаете, всех моих близких друзей оттуда уже, к сожалению, в живых нету… Но ваши "наши" грузины меня очень любят и всегда приходят навестить, когда я приезжаю, или когда они в Грузию приезжают группами – приглашают на встречи, в гости. И это очень трогательно, потому что человеку приятно, когда он чувствует , что его любят бескорыстно.

Давайте представим, что у нас в руках по рогу с хорошим грузинским вином – скажите, пожалуйста, красивый тост нашим читателям и всем жителям Израиля.

Давайте расскажем Израилю такую старую кавказскую притчу: как раз накануне на концерте ее рассказывал со сцены. Ранним утром в горном селении молодой чобан пасет стадо. Вдруг появляется в небе красавец-орел, хватает одного барана и улетает в небо. Пастух начинает звать на помощь односельчан, один меткий стрелок пускает стрелу и попадает орлу прямо в сердце. Орел выпускает из когтей барана, падает в глубокое ущелье и погибает. Так выпьем же за то, чтоб орлы не падали, а бараны не летали! Я всем этот тост говорю, людям любой национальности.

Хороший тост и тонкий юмор! Вы же знаете множество анекдотов, как Вы их запоминаете?

Я вообще хороший тамада. Только с юмором жить можно! Все мои друзья с юмором, всегда анекдоты друг другу рассказываем. Был такой гениальный российский актер, еврей по происхождению – Зиновий Гердт – он был удивительный человек, старше меня намного, но мы с ним очень дружили. У меня дома мы проводили его творческие вечера и как-то при всех моих друзьях – а все с хорошим чувством юмора – говорю: "Дядь Зяма, вот кто-то же придумывает анекдоты, как они берутся?”. Он говорит: "Из жизни! Ну вот представь: война, идет бой, все перепуталось – где наши, где немцы? И вот капитан Сидоров в танке приказывает рядовому Рабиновичу немедленно вылезти из люка и доложить обстановку. Рабинович вылезает, а там два немца с автоматами: "Русишен швайсе, сдавайся"! Рабинович –капитану: "Товарищ капитан, там вас спрашивают".

Отлично и жизненно! А расскажите о своих творческих планах, над чем сейчас работаете?

Со своими друзьям-режиссерами ищем тех, кто может инвестировать создание фильма – я написал новый сценарий. У меня уже есть пара своих фильмов, за которые даже несколько премий получил, хотя не заканчивал никаких школ искусств. Самое интересное, что я написал сценарий, в Москве его приняли, сняли, отправили на фестиваль, а работа там получила гран-при… Не в этом дело: я давно этого уже не делал, но тут опять мне приспицило: написал сценарий из 6-ти новелл, сейчас вроде кто-то заинтересовался из наших. Иностранцам я пока свой сценарий не отдаю. Вот как мы сейчас с вами обо всем на свете разговариваем – вот об этом фильм: о жизни, о соседях, о любви, о дружбе, о войне. Конечно, это философская картина, хотя выглядит как комедия – очень смешно, но когда задумываешься, то понимаешь, что это все не только чтобы посмеяться.

Вы уже придумали название?

Пока черновое название "Белые вороны". Это люди, которые живут не стандарту – абсолютно по-другому думают, видят жизнь, верят в то, что добро пересиливает зло…

Вы себя считаете такой белой вороной?

Ну, хотелось бы, но не знаю, это люди должны сказать…

Спасибо большое, Вахтанг Константинович, за такую теплую и добрую беседу! Мы очень Вас ждем с концертами!

И вам спасибо большое! С нетерпением жду гастролей, с такой радостью еду - очень люблю к вам приезжать! Желаю всем читателям счастья! И еще знаю на иврите одно слово: "Лехаим!"

22 марта 2019 (пт. 20:00) Беэр-Шева - Центр сценических искусств, Большой зал;
23 марта 2019 (сб. 20:00) Кирьят-Хаим – "Театрон а-Цафон";
24 марта 2019 (вс. 20:30) Ашдод - Центр сценических искусств;
26 марта 2019 (вт. 20:30) Тель-Авив - зал "Бейт а-Хаяль".

Заказ и покупка билетов на сайте или по телефону *4997